» » Китайцы поставили неутешительный диагноз Байкалу

Регистрация
Популярное
Ваши политические взгляды
Правые
Левые
Центристские
Другое



Август 2019 (220)
Июль 2019 (276)
Июнь 2019 (267)
Май 2019 (244)
Апрель 2019 (258)
Март 2019 (208)


0

Китайцы поставили неутешительный диагноз Байкалу

категория: Новости, Политика » Китайцы поставили неутешительный диагноз Байкалудата: 15-08-2019, 18:15

Китайцы поставили неутешительный диагноз Байкалу
Китайцы поставили неутешительный диагноз Байкалу

Мерседес Хаттон, колумнист по туризму в англоязычной гонконгской газете South China Morning Post, написала о Байкале.


Причем написала все довольно точно, с уважением и восхищением, и — употребила в этом своем материале одно замечательное слово, о котором дальше и пойдет речь. То есть не совсем о слове, а о феномене, который им обозначается.


Слово это — overtourism. На русский переводится примерно как «затуристивание» или «перетуристизация».


Часть гонконгских читателей Мерседес — местные китайцы, так что она, конечно, касается страхов сибирских жителей насчет «орд китайцев», которых в прошлом году на Байкале стало больше на 37 процентов. Но тут же приводит цифры: всего в прошлом году озеро посетили 1,6 миллиона туристов, из которых китайцев было всего-то 186 тысяч. Прочие — в громадном большинстве — это мы.


Так что, извините, проблема не в национальности. Аналогичный случай: остров Боракай на Филиппинах. Возможно, самый знаменитый пляж Азии, который недемократичный президент страны Родриго Дутерте в прошлом году закрыл на шесть месяцев — чистить. Боракай «затуризмили» до смерти. Сделали это прежде всего австралийцы, которые лет двадцать были там почти монополистами.


Когда-то по всему миру массовый турист был человеком с Запада, а азиатские жители робко жались к краешкам своего песчано-кокосового рая. Дальше появились японцы, сейчас китайцы. А через сто лет, кто знает, такой же шок вызовет Африка.


Но, как видим на примере Байкала, проблема «овертуризма» не в какой-то относительно новой национальной группе, которая ведет себя не так. Она, похоже, общечеловеческая и происходит от того, что творится во множестве обществ, начиная — так уж получилось — с обществ англосаксонских (США, Великобритания и прочие). Просто в китайском обществе сейчас начинает происходить то же, что в западных: стресс и желание от него сбегать.


Поделим туризм на две категории: познавательный (музеи, архитектура и прочее) и… побег в рай от ставшей невыносимой цивилизации.


Я хорошо помню, как в конце 80-х меня заманивал на Боракай мой филиппинский друг, австралиец Грег, открывший там шесть бамбуковых домиков: «Пляж такой, что можно уйти в дальний его конец и не видеть лиц других людей, там можно делать что угодно или ничего, никто тебе слова не скажет — некому говорить».


Года два назад — то же самое на Алтае: «Можешь вообще не видеть людей, только спускаться с гор в деревню за едой; или ехать по степи, как ордынский воин — степь с тех пор не изменилась».


И повторяется закономерность: первопроходцы находят тропический или таежный рай, где человек может быть самим собой ну хоть неделю — тогда можно продержаться все эти 11 с лишним месяцев в надежде в рай вернуться. Потом туда несется толпа, строятся отели, от пляжа или тайги не остается живого места, а там, где тысячи разных людей трутся боками друг о друга — начинается то самое, от чего они бежали: правила, запреты и ограничения.


И человеческая саранча движется дальше, на иные континенты, в поисках новых мест, где можно хоть немного пожить нормально. Оставляет за собой очередной уничтоженный рай со множеством табличек: красный круг с наклонной, перечеркивающей что-то полосой.


Кто-то скажет, что просто людей на Земле стало много, а рая мало. Но возможен и иной ответ: может быть, человечеству пора учиться делать существование людей более выносимым там, где они живут весь год? Может быть, пора начать разбираться с особым типом людей, посвящающих свои жизни навязыванию запретов для всех остальных?


Правила жизни среди людей всегда будут — но они, среди прочего, предполагали когда-то компромисс и взаимное уважение. Наша эпоха создала весьма серьезный перекос в сторону людей, очень технично навязывающих другим что-то такое, что эти другие делать не хотят. Собственно, этот перекос, возможно, стал главной причиной происходящей сейчас в мире переоценки ценностей.


Первый случай таковой — джихадизм. То, что старается учинить в мусульманском (да и во всем прочем) мире секта радикалов от ислама. Вспомним, что они делали на завоеванных в Сирии и Ираке территориях: запрещали вообще все. Война и оккупация ведь была не целью, а только средством строительства «правильной» жизни.


Второй случай — то, что в англосаксонских и прочих западных обществах до сих пор называют почему-то демократической (и даже либеральной) идеологией. Так ведь там тоже строят какое-то новое человеческое общество, где запрещено то, что раньше было нормальным, а насаждается — с джихадистской агрессией — комплект новых норм повседневного поведения, вплоть до сексуальной революции и отмены границ и самой идеи национального государства.


В ответ — сопротивление нормальности; в частности, нынешний экономический подъем в США во многом вызван тем, что администрация пачками отменяет правила, запреты и прочую обязаловку для бизнеса, введенные демократами. А запретители сопротивляются сопротивлению, ехидно спрашивая: так что, вам, либертарианцам, надо все разрешить — и наркотики, и педофилию? Вам нужна «территория свободы» по всей планете — да она от этого умрет.


Во всей этой ситуации лучше всего было бы спокойно разобраться до того, как на планете и правда закончатся райские уголки. И не хочется думать о том, что будут делать люди, которые поймут, что даже на неделю в году убежать уже некуда.





Источник




Смотрите также: 


Теги: делать можно людей, людей году

Другие новости по теме:

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.