» » Штурмовик «Кузя»: Под Авдеевкой был ад — украинские дроны-камикадзе не давали высунуть голову из окопа

Регистрация
Популярное
Ваши политические взгляды
Правые
Левые
Центристские
Другое



Апрель 2024 (102)
Март 2024 (184)
Февраль 2024 (172)
Январь 2024 (161)
Декабрь 2023 (183)
Ноябрь 2023 (180)


0

Штурмовик «Кузя»: Под Авдеевкой был ад — украинские дроны-камикадзе не давали высунуть голову из окопа

категория: Новости, Политика » Штурмовик «Кузя»: Под Авдеевкой был ад — украинские дроны-камикадзе не давали высунуть голову из окопадата: 2-03-2024, 07:30

Штурмовик «Кузя»: Под Авдеевкой был ад — украинские дроны-камикадзе не давали высунуть голову из окопа
Штурмовик «Кузя»: Под Авдеевкой был ад — украинские дроны-камикадзе не давали высунуть голову из окопа


Авдеевка пала — ВСУ отодвинуты от Донецка. Главный украинский плацдарм, с которого, по планам Киева, должно было начаться наступление для захвата столицы ДНР, уничтожен.
Чтобы это удалось, русские бойцы не жалели своих жизней и здоровья. С одним из них и поговорило издание Украина. ру. Кузе 55 лет. Сам из Башкирии. Фамилия — Кузьмин.
Небольшого роста. С седой бородой. Женат. Четверо детей. До СВО работал электриком на автомобильном заводе. В армии служил в морфлоте. Говорит честно: пошел добровольцем на СВО, чтобы заработать, — нужны были срочно деньги. Платят российским бойцам очень хорошо.
Контракт заключил в октябре 2023 года, в ноябре — учебка, в госпиталь попал в декабре. В каком подразделении воевал под Авдеевкой — после ранения не помнит. Ночью на штурм Авдеевского коксохима шли в паре с другим бойцом. Пока шел в наступление, был ранен в ногу.
С ранения и начался наш разговор с Кузей в московской редакции издания Украина.ру.
— Пошли на штурм. Пока добежал до украинских окопов, или как они правильно называются — «лисьи норы», упал, сознание потерял, очнулся — кругом идет бомбежка, голову не поднять, в окопе лежу, думаю, куда дальше? — вспоминает Кузя. — Вперед не пойдешь, назад тоже. Лежал, голову как поднимать начинаешь — тут же дроны пролетают, начинают летать над тобой «птицы» (так называют дроны бойцы. — Прим.).
Бомбят, бомбят, не поймешь, с нашей или с их стороны — головы не поднять.
В результате ночь пролежал, вроде успокоилось под утро. Ногу осмотреть — башмак кое-как снял, смотрю — пятка раздроблена, считай, без ноги остался. Обратно надо к своим попасть. Где-то неделю пролежал в окопе, без воды, без еды, нигде ничего не было.
— А ваши товарищи боевые?
— Кто рядом, кто двухсотый, повис на заборе. Там забор бетонный, за ним железнодорожная линия, по которой поезда на Авдеевский коксохим ходили. А уже за линией стояли украинские танки и сами украинцы — никого близко не подпускали, к ним вообще не пройдешь.
Я после ранения решил, что надо попробовать прорваться назад к своим. Кое-как встал с одной ногой, потихоньку дополз — добежал до своих. Там еще одна железнодорожная линия проходит, через неё прошел — там натовский подбитый танк и наши танки стоят, двухсотых ребят полно… Еще до того, как я пошел на штурм, до меня там лежали ребята, много…
Пришел к своим, ногу проверили — сказали: «Считай, ты остался без ноги. Давай, помощи никакой не жди — прорывайся сам».
— Как пришел в тыл?
— Ну переоделся и давай дальше… Мне дорогу только показали вдоль насыпи. Иду, а бомбят постоянно, дроны летают, то и дело ложись-вставай.
Кое-как до дороги дошел… там уже потише стало. Хромая, но все равно до своих дошел, приняли, считай, уже ночью пришел. Нас, трехсотых, на буханку — и в медсанчасть, потом в госпиталь.
— Ампутировали до колена ногу? Болит?
— Не болит уже. А так, до этого сначала пальцы отрезали, они черные стали, не знаю, отморозил я их или нет. Пока пешком шел, задел маленько.
Хотели оставить пятку и все остальное, но там все раздроблено — бесполезно. Давай, говорят, тебе ногу отрежем, и протез воткнем, будешь ходить, а так больше ничего не сделаешь. Я уж согласился — ладно, давайте. Мне отрезали ногу. Когда заживет, будем надевать протез и ходить.
Я еще и сердце подсадил. В окопе пока лежал, двойной ковид зацепил — воздуха не хватало, мне в госпитале ставили камеру. Зараза эта ходила — нам еще на заводе прививки делали — ковид. Я, видно, зацепил его, задыхаться стал, дышать нечем. Лежал в палате — меня вниз срочно в барокамеру. Я там дышал, неделю целую лежал, чуть не умер, вроде отошел более-менее.
— И вот вы после учебки попадаете под Авдеевку. Что видите вокруг? Страшно было?
— Страха особо не было, там все развалено, двухэтажки все развалены, нас в них привезли, вооружили и в эту же ночь вперед пошли…
— Сколько человек было, когда пошли штурмовать? В чем задача штурмовика, что должны сделать?
— Мы должны до окопов добежать, в окопах украинцев нейтрализовать, если они там есть, занять позицию и держаться до подхода наших. Но я что-то не видел наших.
— И вот вы добежали, украинцы как вас встретили, огнем?
— Их там не было, побросали все. Я прибежал — в окопе пусто было, в бункер я не мог попасть, потому что до него было далековато, поэтому лежал в сырой траншее, в воде, вот ногу маленько задело — обморожение.
Мы добежали… Нас двоих отправили вперед, сказали: «К украинским позициям добежите, там ложитесь, мы подойдем». Нас в общей сложности на штурм тридцать с лишним человек отправили.
По двое, по трое по тропинке выходили через железнодорожную линию и бегом до окопов. Там метров пятьсот бежать надо было. Кругом взрывы, и наши ребята двухсотые лежат.
Танки подбитые — и наши, и украинские. Ничего не поймешь. Постоянно бежишь — и только взрывается, взрывается… И дроны над тобой летают.
— Сколько украинских дронов над вами летало?
— Штук, наверное, десять.
— Это fpv-дроны, камикадзе?
— Да.
— Дрон летит над вами… Вы его видите? Можете его сбить антидроновым ружьем?
— Да, ребята сбивали, я бежал, мне только кричат: «Падай, не шевелись!» Он пролетит мимо. Он же на тепло срабатывает, а не на движение. Тепло чует и начинает бомбить — кассеты пускает.
— Ночью?
— Да.
— Если он выпускает кассету, какой радиус поражения?
— Ой, кассету пустит — семь взрывов сразу! Боеприпас напичкан мелкими гвоздями и шурупами. Все это ребятам и в руку и в живот попадало… Очень сильно кассетами по нам работают.
— А артиллерия у ВСУ была?
— Артиллерия у них там в основном минометы и танки.
— Немецкие «Леопарды»?
— Нет. Американские «Абрамсы». Не поймешь, или там у них пулемет такой, или пушка, — постоянно «туф-туф-туф-туф»… Как с пулемета бомбят-бомбят, по стенам особенно — стены разлетаются.
Самое главное — добежать, спрятаться, а так обязательно попадаешь под снайперскую винтовку — за тобой следят. Как правило, самих украинцев не видно, они дронами пользуются.
— А вы лично с самими украинскими солдатами сталкивались?
— Я даже не видел, где они сидят. Дронов штук десять-пятнадцать, они жужжат как пчелы — «вж-ж-ж-у-у-у» — и днем и ночью, только шевельнулся — и тут же снаряд прилетел от дрона.
А так, от них спрятаться можно. У нас был специальный такой… как штурмовой… этот… фуфайка или что-то верхнее, с одной стороны на нем пришито что-то блестящее — украинские дроны благодаря этому тебя не видят.
Блестящей стороной переворачиваешь — дрон тебя не видит, ты лежишь спокойно. Или вдоль дерева лег — ветки закрывают тебя, и дроны тоже не видят тебя. Пока тепловизор свой настроят — мимо пролетают…. пожужжат, пожужжат и дальше пролетают. От них спрятаться можно.
— Вы из Башкирии, а в штурмовой пехоте откуда еще ребята были?
— В основном из близлежащих районов ДНР. Я призвался в России, из Башкирии. Привезли нас в какой-то населенный пункт, потом в учебку направили. Ребят-россиян не очень много было, в основном местные из Донбасса. Почему меня туда направили, не знаю. Сказали: «Направляем в штурмовую бригаду».
— Считается, что за восемь лет, с 2014 года, украинцы превратили Авдеевку в крепость?
— Я тоже так считаю. Завод весь из труб сделан, металлический, к нему не подобраться. Если подберешься — живым не уйдешь, бесполезно.
Не подобраться к ним! Я не смог подобраться. Ребята, которые ходили туда, в основном двухсотыми рядом лежать остались. Наши голову поднимут — тут же по ним то дронами, то минометами кроют.
— Продвижение было при вас нормальное?
— Было, особенно когда наши танки пошли. Они едут, за ними наши штурмовики. Пока танк не подбит — штурмовики идут. Подбили — на этом месте все замерло, без танков не пройти.
Ну что делать, выпускали нас, штурмовиков, по два-три человека. Не толпой — так нельзя, потому что ВСУ могут ударить дронами или из минометов и накроют сразу.
Двоих-троих уничтожить труднее, чем толпу человек в десять. Мы идем так: один как-нибудь пробивается вперед, второй следом за ним. В общем, друг за дружкой — только так. Поэтому мы и штурмовиками называемся.
Нас учили так: когда один забежал в окоп, второй тебя прикрывает сзади, а ты впереди себя противника уничтожаешь, а второй сзади тебя — прикрываешь. Нас учили так, когда в учебке были, чтобы обоих не убили, друг за дружкой следить.
— А артиллерия наша хорошо действует?
— Да. Артиллерия наша бьет сзади, а тебе кажется, что бьет по тебе. Поэтому не поймешь, кто стреляет. Лежишь, сзади взрывается и спереди, и с той стороны, и с этой…
— Что необходимо улучшить в армии?
— Снабжение. Воды толком нету. Привозят в бутылках. Еды на взятых позициях тоже нет. К своим пришел — пожалуйста, тушенка и все остальное. А убежал вперед… в итоге без еды, без воды. Когда привезут — не знаю. Я, идя на штурм украинских позиций, воду с собой брал, но она заканчивалась быстро.
— А б/к (боекомплекта) хватает?
— Б/к хватает. Где-то четыре магазина запас, еще патронов пакет. Целый цинк туда сгружаем. Штук шесть-семь гранат. Когда в украинский окоп прибежишь — там всего полно: и гранаты, и патроны; украинцы, когда позиции оставляют, там все бросают…
Я дурачок, мне же ребята говорили, когда я шел на штурм: не бери шмотье, ничего не бери — не замерзнешь, бери воду и похавать что-нибудь. Потому что на украинские позиции прибежишь, а там ни еды, ни воды, ничего у тебя не будет.
А вот боеприпасов и автоматов будет полно, и вообще чего там только нет: и магазины, и гранаты. Море всего валяется. Подбирай гранату и кидай, бери автомат или пулемет и стреляй сколько угодно.
Во взятых окопах в основном голову не поднимешь, чтобы вот так встал и давай строчить. Украинские дроны не дадут, они друг за дружкой летят, летят, летят… Одни пролетели, вторые пролетают. Откуда у них столько дронов, я представления не имею.
— Не жалеете, что пошли на СВО?
— Ну… что жалеть-то, уже поздно — без ноги остался.
— А что семья ваша говорит?
— Семья говорит: «Папа, самое главное — живой! Вернись домой!»
Александр Чаленко, Украина.ру






Смотрите также: 


Теги: не там до что за

Другие новости по теме:

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.